Diplomatic Economic Club®
Since 1997
LV EN RU Выставки Members area
  • Контакты ☰ menu ✕

    «Моя личность имеет значение только для истории»  

    Его зовут Пан Z за склонность к таинственности. И впрямь, рядом с этим человеком легендарный Мистер Х отдыхает. Впрочем, увидеть Ромена Залески на публике можно. Но только во время турниров по бриджу. Например, недавно на международном состязании по этой карточной игре во французском Биаррице пара Залески — Файгенбаум заняла десятое место. Два пенсионного возраста бойца ломберного столика были явно недовольны своим выступлением, однако согласились сняться на «семейном фото» — карточная этика обязывает! — вместе с остальными участниками первенства. Когда фотограф принялся переписывать имена запечатленных на коллективном портрете людей, чтобы сделать подпись под снимком в специализированном журнале, седой мужчина лет семидесяти попросил не называть его в прессе: «Моя личность имеет значение только для истории. А тут я бы хотел остаться инкогнито». В этом весь Ромен Залески, который «стоит» сегодня примерно 14 миллиардов евро. Его амбиции непомерно велики, однако он старается этого никогда не показывать.

    Моя личность имеет значение только для истории
    Пан Z предпочитает действовать из-за спины коллег. На снимке: на первом плане — хозяин Microsoft Билл Гейтс (слева) и патрон страховой компании Generali Антуан Бернем, сзади — Ромен Залески
    Фото: Michele Crosera (AFP)

    Партизан

    Пан Зигмунт Любич-Залески слыл человеком по всем параметрам незаурядным. Потомок старинного шляхетского рода, он был послан в тридцатые годы в Париж польским министерством культов и образования. Трудился на дипломатическом поприще и параллельно преподавал в Сорбонне польскую литературу. Ему и карты в руки — во всех смыслах слова. Во-первых, потому, что профессор Залески был заядлым игроком в бридж. А во-вторых, потому, что, потомственный франкофон, он чувствовал себя на родине Рабле и Гюго вольготно. Чего не скажешь о его жене. Ясновельможную пани отчаянно тянуло на берега Вислы, где у ее семьи были обширные владения. Начало Второй мировой войны застало ее в Польше. Рядом с матерью оказались и два младших сына — Ромен (мать хотела назвать его Романом, но отец-франкофил настоял на своем) и Казимир Петр.

    Что делать, когда отчизна в опасности? Для пани Залеска такого вопроса не существовало. Опытный хирург, она пошла в польскую армию, которая очень скоро превратилась в набор партизанских отрядов. Героически сопротивлявшаяся Польша была раздавлена гитлеровской бронированной армадой. Агонизировала, но упорно сопротивлялась. Когда в 1944 году было разгромлено Варшавское восстание, пани Залеска до последней минуты оперировала в полевом госпитале, устроенном инсургентами в одном из подвалов Старого города. Гестаповцы арестовали ее прямо на рабочем месте, на глазах одиннадцатилетнего Ромена. Мать отправили в лагерь Равенсбрюк, а мальчику, выглядевшему младше своего возраста, удалось сбежать. Он вместе с братом присоединился к одному из отрядов Армии Крайовой (АК), подчинявшейся польскому правительству в Лондоне.

    Мальчишки, юркие и бесстрашные, стали незаменимыми партизанскими связными. Когда Красная армия выбила немцев из Польши, начались чистки «аковцев». Для тех, кто носил конфедератку с белым коронованным орлом, у НКВД не оказалось никаких других «наград», кроме Экибастуза или магаданских лагерей. Ромену удалось избежать облавы СМЕРШ, а вот Казимиру Петру не повезло. Однако мальчик показался смершовцам таким маленьким, что его быстро отпустили. Пешком Ромек и Казик добрались до Франции, где надеялись найти отца. Но война — для всех одна: пан Зигмунт, ставший видной фигурой французского Сопротивления, был выдан гестаповцам и тоже отправлен в концлагерь — в Бухенвальд. А их старший брат Андре — он же Анджей — погиб в боях. Начать жить сначала, говорят, можно в любом возрасте. Но писать судьбу сызнова, когда тебе всего двенадцать, — дело не самое простое. Ромену Залески это удалось, и, наверное, это и есть главное достижение его жизни.

    Моя личность имеет значение только для истории
    Конструкуция многоходовых часов напоминает многоходовой бизнес
    Фото: DEC

    В школе, которую он окончил с отличием, лучше всего ему давалась математика. Не случайно в пятидесятых годах он поступил сперва в Ecole Polytechnique, а затем — и в Ecole des Mines. Одни из самых лучших высших технических заведений Франции. Любопытно, что по той же самой технической стезе пошел и Казимир. Став инженером, он увлекся атомной энергетикой и участвовал в разработке первых французских ядерных реакторов… Получив престижные дипломы, Ромен решил пойти в чиновники. Генерал де Голль, наградивший его отца за активное участие в Сопротивлении орденом Почетного легиона, превращал государственные структуры в главную опору обновления национальной экономики. Именно в министерствах молодому специалисту было сподручнее всего встретиться с «нужными людьми», завязать полезные контакты. Залески стал техническим консультантом в сфере коммунального обслуживания в министерстве промышленности. Да, в шкале государственных ценностей Шарля де Голля «коммуналка» занимала отнюдь не самое первое место, но именно работа в этом ведомстве стала для молодого франко-поляка лучшей деловой школой.

    Компетентный и расчетливый, Ромен Залески прошел за десять с небольшим лет почти все ступени чиновничьей иерархии. В конце шестидесятых, в пору президентства Жоржа Помпиду, стал советником Франсуа-Ксавье Ортоли, министра промышленности. Блаженное время «жирных коров» в экономике Пятой республики! В начале семидесятых инженер Залески общается едва ли не каждую неделю с такими важными персонами, как будущий президент Валери Жискар д`Эстен и будущий олигарх — финансист и создатель страхового гиганта АХА Group — Клод Бебеар. Одно это дорогого стоит. Не говоря уже о том, что сын польских иммигрантов в охотку занимается финансами партийного объединения, возглавляемого Жискаром д`Эстеном, — Союза за французскую демократию. К концу семидесятых становится казначеем этой политической структуры центристов. На таком «хлебном», а потому и опасном посту, как показывает опыт, главное — не засидеться, стартовать же с него — самое милое дело. А менять жизненные векторы Ромену Залески не привыкать.

    Первым постом в сфере частного бизнеса для Залески стало кресло гендиректора небольшой частной финансовой группы. Когда же Ромену предложили возглавить заодно и меховую фирму Revillon, он не задумываясь ответил: «Да». Говорят, что в разговоре с братом он прокомментировал этот неожиданный для себя выбор символическо-забавной фразой: «Обрасти шерстью никакому настоящему банкиру не помешает». Если подразумевать под «шерстью» капиталы и полезные связи, то все становится предельно ясным. Хотя очень быстро потомок шляхтичей осознал, что скорняжное дело далеко не «царское», и в 1979 году он раз и навсегда ставит жирный крест на коммерции с норками и бобрами.

    Моя личность имеет значение только для истории
    Если говорить о быстрой «ковке» денег, то выгоднее ликвидации только всеобщий кризис — это и дилетанту от экономики известно.
    Фото: DEC

    Бойкого поляка с его бухгалтерскими знаниями и с авторитетом во французской правящей партии привлекают консультантом в группу Comilog, являющуюся кредитором итальянского концерна Carlo Tassara, структуры могучей, но консервативной, созданной в начале прошлого столетия. Итальянцам принадлежит, в частности, и фирма по разработке руды в Габоне, объявленная банкротом. Залески предлагают стать ликвидатором компании, эксплуатирующей африканские прииски. Если говорить о быстрой «ковке» денег, то выгоднее ликвидации только всеобщий кризис — это и дилетанту от экономики известно. Закрыв габонскую контору, пан Ромен обстроил дело так, что прибрал к рукам ее капитал и сам вошел в правление Carlo Tassara. Все остальное для такого стреляного воробья, как он, было делом чисто техническим: в 1984 году апеннинский концерн уже стал собственностью Залески, которому очень приглянулась Северная Италия.

    Ход пана Z

    Правда, новый холдинг со старым названием — Carlo Tassara — прописался не там, а в Люксембурге. От местных оврагов, обросших банками, Ромен Залески отправился на покорение Европы. Усвоив из своего прошлого «коммунальщика», что без электричества никуда, он начал скупать акции компании Falck, третьего производителя электроэнергии в Италии. В 1996 году у него на руках уже было 38,7 процента ценных бумаг концерна — и тут на рынки IPO вышла мощная компания Compart, предложившая аналогичные акции. Кто-то из двоих обязан был уступить. И на попятную после затяжного торга пошел Залески, отдавший соперникам свои бумаги за 300 миллионов евро. Европейские биржи вздрогнули и напряглись — на рынках появился новый, удачливый игрок. Ничто так не расстраивает героев большого бизнеса, как успехи им подобных. А Пан Z — так начали называть Залески в польских СМИ, где он стал национальным героем, — почувствовал соленый вкус игры и тараном попер на энергетические и стальные рынки. У него, опытнейшего игрока в бридж — как-никак, член французской национальной сборной, — был в этой борьбе важный козырь: поддержка властей Пятой республики.

    В борьбе за рынки все средства хороши, тем более если они не из твоего кармана. В 2005 году, прекрасно зная о маниакальном желании французских властей подмять под себя итальянское энергетическое пространство, Ромен Залески уступает государственному французскому концерну EDF 20% капитала компании Italenergia Bis — за каких-то 1,4 миллиарда евро. И тут же вновь вкладывает эти деньги. И как! Его операции на рынках строятся по принципу комбинаций в бридже: главное — предвидеть и упредить. Залески приобретает разными путями 7,8% акций холдинга Arcelor и становится после группы Лакшми Миттала самым крупным держателем бумаг европейского металлургического гиганта, а с октября 2006 года членом совета его директоров. Кто там желает купить стальное сокровище? Российская «Северсталь»? Индийская Mittal Steel? В любом случае судьба Arcelor, а заодно и мирового рынка стали, не может быть решена без него, Пана Z. Реакция у него поразительная. Ведь всего за два дня до запрета, наложенного биржей Euronext на торги бумагами Arcelor, Залески увеличил пакет своих акций.

    Помнится, на постсоветском пространстве все гадали в июне 2006 года, кому достанется Arcelor. Многие аналитики всерьез предполагали, что у «Северстали» Алексея Мордашова были реальные шансы подмять под себя европейский суперхолдинг. Однако для формирования представления о стальном статус-кво достаточно было поинтересоваться взаимоотношениями Ги Долле, формального главы Arcelor, и Ромена Залески, контролирующего капитал фирмы на деле. Франко-поляк не скрывал, что предпочитает «Северстали» индийцев: «Миттал — это лучший выход для Arcelor». Ги Долле, пообещавший Мордашову поддержку, никогда не советовался при принятии стратегических решений со своими мажоритарными акционерами. С великим герцогом Люксембурга, владеющим 5,6% акций и исторически считавшимся первым акционером Arcelor, непременно любезничал, а с Залески всегда здоровался через губу. Тот и раньше перенес немало унижений из-за спеси ломбардских стальных баронов, на этот же раз никому ничего прощать не намеревался… Вероятно, сработала по отношению к Мордашову и традиционная «нелюбовь» поляков к России.

    Итог этой истории хорошо известен и уже стал хрестоматийным. В распространенном в Париже и Милане коммюнике холдинга Carlo Tassara International говорилось, что проект сделки между Arcelor и Mittal Steel «открывает большие перспективы на будущее». Акцентируя «сбалансированный и дружественный» характер сделки, пресс-служба Ромена Залески объяснила, что сближение с «Северсталью» «становится беспредметным». Для справки: если в апреле 2006 года акция Arcelor, контролирующего 10% мирового рынка стали, стоила 32 евро, то в 2007 году она выросла до 65 евро. Только по самым скромным подсчетам, на продаже своей доли индийцам Пан Z заработал до 400 миллионов евро. Впрочем, деньги в этой операции играли вторичную роль. Великолепно понимая, что основой экономики является политика, Ромен Залески, проникающий через служебный вход в высокие европейские кабинеты, сперва пробивал в них свои идеи, а потом уже реализовывал планы на практике. В случае с Arcelor европолитики решительно не желали массированного появления России на стальном поле евроэкономики. Пан Z не мог этого не почувствовать.

    В итальянской прессе холдинг Carlo Tassara нередко называют «машиной для зарабатывания денег» — настолько четко отлажено на нем производство «презренного металла». Кроме того, Пан Z является вице-президентом итальянской компании Mittel, через которую владеет 13% акций французской группы Eramet (никель и марганец), 11% итальянского электрооператора Montedison, 3% французского концерна Vinci… К тому же у потомка польских иммигрантов хорошие доли в капиталах южнокорейского стального концерна POSCO, китайского стального гиганта Shougang, а также в итальянских банках Intesa Sanpaolo, Mеdiobanca, Banca Monte dei Paschi di Sienna, UBI Banca и в страховом обществе Generali.

    Еше польска не сгинела…

    По данным французского издания Challenges, состояние семьи Залески равняется 14 миллиардам евро. «Мне тут ничего не принадлежит. Я беден, как мышь у ксендза», — любит сетовать олигарх. И в самом деле: на Carlo Tassara еще в начале года висело 7 миллиардов евро долгов. Кошмар? Ничего подобного. «Ничто так не обогащает ловкого человека, как долги. Причем не возвращенные чужие, а невозвращенные собственные», — как-то признался журналистам в сердцах Пан Z. Его логика своеобразна, но понятна. В конце концов, в возврате долгов больше всех заинтересованы банки, у которых взяты взаймы деньги. А дело финансиста — распорядиться наиболее рационально этими свободными средствами, заработав как можно больше дивидендов. И не надо ни перед кем отчитываться: холдинг Carlo Tassara не то что не котируется на бирже, а значит, и не отчитывается перед акционерами, но даже и своего интернет-сайта не имеет.

    Моя личность имеет значение только для истории
    Он ненавидит фотографироваться и избегает папарацци.
    Фото: DEC

    Он ненавидит фотографироваться и избегает папарацци. Самый скрытный из обитателей европейского финансового олимпа имеет французский паспорт, живет с 1991 года в Италии и говорит дома по-польски. Утверждают, будто он жуткий скареда. Летает обычными рейсами, причем в экономклассе, передвигается по Милану на общественном транспорте и старается обедать и ужинать дома, не тратя денег в ресторанах. При этом регулярно выделяет миллионы евро Фонду Зигмунта Залески, на средства которого содержится Польская библиотека в Париже, крупнейшая в эмиграции, и пополняются коллекции музеев в королевских дворцах Кракова и Варшавы.

    С историей у Пана Z вообще отношения особые. Так, его нынешняя жена Хелена де Приттвиц считается потомком российской императрицы Екатерины II. От пани Хелены у Залески двое сыновей. Но самый близкий для него человек — это дочь от первого брака, тоже Хелена. С 1994 года она работала вместе с отцом и возглавляла в последнее время Carlo Tassara International. Сейчас же задача Хелены Залески — перенести деятельность группы в Польшу. Для этого сегодня создается один из крупнейших в стране банков с капиталом в 1,5 миллиарда злотых. Alior Bank — таково его название — возглавит Войцех Собиерай, бывший президент банка BPH, а советом директоров будет руководить сама Хелена Залески. В планах Пана Z и возрождение некогда знаменитой польской металлургической промышленности. Чем панове хуже китайцев с корейцами? Планов громада, только бы сил на все хватило. Ведь Пану Z уже далеко за семьдесят.




    Дайджест »  «Моя личность имеет значение только для истории» »  Views: 20928   Diplomatic Club


    Diplomatic Economic Club®




    Клуб — уникальное объединение, где люди из разных стран находят общий язык и способствуют развитию контактов

    Дайджест

    Переговоры, основанные на высоком интеллекте
    Дресс-код и дипломатия
    Необычный дипломатический чайный вечер в Клубе
    Крупнейший портовый город, второй после Берлина и седьмой по величине в Евросоюзе

    Международные выставки

    Организатор международных выставок — компания ВТ 1