Технологические пророчества
Технологические пророчества мыслителей прошлого вызвали у общественности оптимизм. Однако футурологи тех времен и представить себе не могли, побочные эффекты будут сопровождать эти прорывные изобретения.
Компьютеры 1969 года несравнимы с iPad образца 2012 года. Это фантастика, ставшая явью.
Другое сравнение: в 1969 году и в 2012-м одно из главных средств воздушных путешествий – «Боинг-747». Полвека ушло от этажерки братьев Райт до реактивных «боингов», «каравелл» и тд. А следующие полвека ушли на доводку. Скоростные японские поезда «Синкансен» с 2013 года будут ходить со скоростью 320 км/ч. Но их история началась с 1964 года и эксплуатационной скорости около 220 км/ч. 100 км/ч. за полвека – совсем не прорыв.
Главная волна технического прогресса взметнулась на грани XIX и XX веков
В годы Второй мировой и холодной войны огромный рывок был сделан в области ракетной техники и ядерной физики. Лунная программа была выполнена США за восемь лет. Шестидесятые и семидесятые – время появления сверхзвуковых пассажирских лайнеров, мечты о покорении космического пространства. 2000 год виделся тогда годом лунных и марсианских станций, космических перелетов и заселения Мирового океана.
Правда, скоро стало ясно, что освоение океанских глубин невозможно без гелиево-кислородных дыхательных смесей. А они очень дороги: гелий на нашей планете – исключительно редкий газ. О подводных городах пришлось забыть.
Новую надежду на прорыв дал станок Джона Парсонса с программным управлением: с его помощью компания Парсонса делала винты для вертолетов. В 1956 году система американцев Дэвона и Энгельберга стала первым промышленным роботом в мире. Apple I Джобса и Возняка означал смену вектора технической цивилизации. Теперь ее символом вместо могучего электровоза, самолета или атомохода стала маленькая «умная» коробочка.
Однако полвека спустя высокотехнологичная индустрия приближается к тем же скалам, о которые разбились мечты об освоении океанов и покорении космоса.
В 2011 году в мире было произведено больше 10 миллиардов микропроцессоров.
Но именно 2000-е годы ознаменовались не только впечатляющим развитием информационных технологий, но и осознанием новой угрозы тотального дефицита ресурсов.
Абсолютно ясно, что ресурсы Земли конечны.
Однако нефть и тем более газ в ближайшие десятилетия никуда не денутся. Более того, появляются новые их источники. Кто слышал 20 лет назад про нефтяные месторождения Бразилии? Кто до недавнего времени надеялся на сланцевые месторождения? Более того, развитие технологий позволило США вернуться к забытым или один раз уже эксплуатировавшимся источникам нефти и газа.
И тут оказывается, что новая технологическая цивилизация гораздо больше зависит от веществ и ресурсов, о которых раньше не особо-то и думали.
Пришло новое время – время электроники, интернета, нанотехнологий и «зеленой энергетики». И теперь ключевая роль переходит от нефти к другим полезным ископаемым.
Без галлия, индия, селена и теллура не сделаешь солнечные батареи, а именно они считаются одним из главных источников «чистой» электроэнергии. Для аккумуляторов большой емкости, без которых невозможны электромобили и гибридные авто, требуются цинк, ванадий, литий и так называемые редкоземельные элементы.
Современные авиационные турбины не могут существовать без рения. Для катализаторов нужен рутений. Батарейки айпэдов активированы лантаном, а стекла отшлифованы церием.
Для современной промышленности нужны такие металлы, как кобальт, цирконий, бериллий. Стронций, который делает сталь устойчивой к морозу, и скандий, идущий на производство лазеров – уникальные металлы. О германии – одном из важнейших полупроводников, без которого не будет ни радио, ни телевидения, и говорить нечего.
Налицо ресурсная диспропорция: ценные полезные ископаемые сосредоточены в небольшом количестве стран, а другие находятся на «голодном пайке». Страны с развитой хайтек-индустрией, такие как США, Япония, Тайвань, страны Евросоюза, практически полностью зависят от импорта этих высокотехнологичных ископаемых. А с другой стороны, есть страны, которые еще совсем недавно и понятия не имели, что скрывается в их недрах.
Боливийцы и южнокорейцы будут совместно разрабатывать огромные залежи лития в Боливии. Переход мирового автопарка на электродвигатели обещает Боливии стабильные валютные поступления, а Южной Корее – отличные конкурентные условия для собственного автопрома и электронной промышленности. В боливийском месторождении лития сосредоточена треть мировых коммерческих запасов этого стратегического металла – основного элемента аккумуляторов как мобильных устройств, так и гибридных авто.
Литий довольно редко встречается на нашей планете, и в последние годы за ним началась настоящая охота. Постоянно поступает противоречивая информация об истинных запасах этого металла в том или ином регионе. То его много в Австралии. То в Чили. То поступили сообщения о том, что найдены перспективные месторождения в Мексике. В общем, потребовалось всего одно десятилетие, чтобы вокруг лития сложилась такая же обстановка ажиотажа, мифов и дезинформации, которая до этого сложилась вокруг нефти – за целых 150 лет!
В 2009 году появились сообщения о том, что Китай начал проявлять особое внимание к торговле литием. В начале лета 2010 года в New York Times появился материал о том, что американские геологи обнаружили грандиозные запасы лития в Афганистане. Сотрудники Пентагона назвали эту нищую страну «Саудовской Аравией лития». Кроме лития, там же расположены крупнейшие месторождения меди.
Мир умилялся два десятка лет назад в связи с массовым внедрением ПК в делопроизводство! Журналисты взахлеб писали о сэкономленной бумаге и спасенных деревьях. Однако. Деревья – ресурс возобновляемый, меньше 20 лет, если их выращивать в Бразилии. Редкие полезные ископаемые – совсем другое дело.
Например, для изготовления самых продвинутых сейчас планшетных экранов, созданных по IGZO-технологии, нужно добыть индий, галлий и цинк. Вроде бы их надо мало, особенно галлия и индия. Но они не случайно называются редкими: чтобы их добыть, надо перекопать очень много породы.
Опыт Китая, мирового лидера на рынке редких земель, очень показателен: во Внутренней Монголии образовались новые пустыни, ядовитые пространства, где не может вырасти ничего. Пыль и песок этих пустынь уже заносит в столицу Китая.
В Финляндии, одной из самых экологически чистых стран мира, работает никелево-марганцевый рудник Талвиваара. Несмотря на все усилия, там уже в течение нескольких лет наблюдаются утечки никеля и марганца.
За красивыми презентациями о возобновляемых источниках энергии, которые так приятно разглядывать на новых планшетниках, скрывается мрачная картина деградации природы. Химические удары по атмосфере будут продолжаться.
Атмосфера и океан, куда в конечном счете все и попадает, – одни на всех. Конечно, одни страны столкнутся с проблемами гораздо раньше, чем другие. Однако совершенно точно, что по всем ударит и увеличение мутности атмосферы, и усиление ультрафиолетового потока, которое изменит структуры водных экосистем в Мировом океане.
Крах социалистической системы резко увеличил число участников общества всеобщего потребления. Вопросы экологии сегодня – удел богатых стран Европы, ряда штатов США, Японии, Австралии, кое-кого в Юго-Восточной Азии. В остальном мире по-прежнему царствует принцип «после нас – хоть потоп». На очереди Индия, Бразилия и другие страны третьего мира, которые тоже хотят успеть пожить «красивой жизнью».
Энергетические углеводородные ресурсы будут неизбежно истощаться и дорожать. Развитые страны будут и дальше внедрять новые технологии в этой области, а развивающиеся и бедные страны откатятся назад.
И тогда вполне вероятен сценарий, описанный Уэллсом в «Машине времени», – разделение человечества на элиту (элоев) и обслуживающих их пролетариев (морлоков), причем как внутри одной страны, так и на планете в целом.
Для человека нашего времени логично возлагать надежду на новые технологии – менее требовательные к ресурсам, более экологичные, не требующие хищнического извлечения редких элементов в далеких странах.
Допустим, у вас в сейфе лежит патент на экран, который не нуждается в индии. Но ваши вложения в индиевые рудники окупятся еще не скоро. Конечно, вы попридержите этот патент либо еще долго и неспешно будете вести исследования, чтобы убедиться в целесообразности промышленного переворота. И пока все говорит о том, что рынок еще не насыщен устройствами с уже обкатанными технологиями. Значит, все будет идти своим чередом.
Разумеется, специалисты понимают ущербность такого сценария.
В интересах всей нашей цивилизации вместе с совершенствованием технологий (в том числе природоохранных) было бы финансирование смелых, прорывных идей – программ, направленных на освоение Антарктиды, Мирового океана и даже Луны и Марса. Эти проекты рискованны. Но они способны не только пожирать ресурсы, но и дать взамен новые. И дать человечеству новую цель. Наша кровавая, но прекрасная история показывает: высокие цели могут быть столь же мощным стимулом к изменению мира, сколь и примитивная выгода.
Компьютеры 1969 года несравнимы с iPad образца 2012 года. Это фантастика, ставшая явью.
Другое сравнение: в 1969 году и в 2012-м одно из главных средств воздушных путешествий – «Боинг-747». Полвека ушло от этажерки братьев Райт до реактивных «боингов», «каравелл» и тд. А следующие полвека ушли на доводку. Скоростные японские поезда «Синкансен» с 2013 года будут ходить со скоростью 320 км/ч. Но их история началась с 1964 года и эксплуатационной скорости около 220 км/ч. 100 км/ч. за полвека – совсем не прорыв.
Главная волна технического прогресса взметнулась на грани XIX и XX веков
В годы Второй мировой и холодной войны огромный рывок был сделан в области ракетной техники и ядерной физики. Лунная программа была выполнена США за восемь лет. Шестидесятые и семидесятые – время появления сверхзвуковых пассажирских лайнеров, мечты о покорении космического пространства. 2000 год виделся тогда годом лунных и марсианских станций, космических перелетов и заселения Мирового океана.
Правда, скоро стало ясно, что освоение океанских глубин невозможно без гелиево-кислородных дыхательных смесей. А они очень дороги: гелий на нашей планете – исключительно редкий газ. О подводных городах пришлось забыть.
Новую надежду на прорыв дал станок Джона Парсонса с программным управлением: с его помощью компания Парсонса делала винты для вертолетов. В 1956 году система американцев Дэвона и Энгельберга стала первым промышленным роботом в мире. Apple I Джобса и Возняка означал смену вектора технической цивилизации. Теперь ее символом вместо могучего электровоза, самолета или атомохода стала маленькая «умная» коробочка.
Однако полвека спустя высокотехнологичная индустрия приближается к тем же скалам, о которые разбились мечты об освоении океанов и покорении космоса.
В 2011 году в мире было произведено больше 10 миллиардов микропроцессоров.
Но именно 2000-е годы ознаменовались не только впечатляющим развитием информационных технологий, но и осознанием новой угрозы тотального дефицита ресурсов.
Абсолютно ясно, что ресурсы Земли конечны.
Однако нефть и тем более газ в ближайшие десятилетия никуда не денутся. Более того, появляются новые их источники. Кто слышал 20 лет назад про нефтяные месторождения Бразилии? Кто до недавнего времени надеялся на сланцевые месторождения? Более того, развитие технологий позволило США вернуться к забытым или один раз уже эксплуатировавшимся источникам нефти и газа.
И тут оказывается, что новая технологическая цивилизация гораздо больше зависит от веществ и ресурсов, о которых раньше не особо-то и думали.
Пришло новое время – время электроники, интернета, нанотехнологий и «зеленой энергетики». И теперь ключевая роль переходит от нефти к другим полезным ископаемым.
Без галлия, индия, селена и теллура не сделаешь солнечные батареи, а именно они считаются одним из главных источников «чистой» электроэнергии. Для аккумуляторов большой емкости, без которых невозможны электромобили и гибридные авто, требуются цинк, ванадий, литий и так называемые редкоземельные элементы.
Современные авиационные турбины не могут существовать без рения. Для катализаторов нужен рутений. Батарейки айпэдов активированы лантаном, а стекла отшлифованы церием.
Для современной промышленности нужны такие металлы, как кобальт, цирконий, бериллий. Стронций, который делает сталь устойчивой к морозу, и скандий, идущий на производство лазеров – уникальные металлы. О германии – одном из важнейших полупроводников, без которого не будет ни радио, ни телевидения, и говорить нечего.
Налицо ресурсная диспропорция: ценные полезные ископаемые сосредоточены в небольшом количестве стран, а другие находятся на «голодном пайке». Страны с развитой хайтек-индустрией, такие как США, Япония, Тайвань, страны Евросоюза, практически полностью зависят от импорта этих высокотехнологичных ископаемых. А с другой стороны, есть страны, которые еще совсем недавно и понятия не имели, что скрывается в их недрах.
Боливийцы и южнокорейцы будут совместно разрабатывать огромные залежи лития в Боливии. Переход мирового автопарка на электродвигатели обещает Боливии стабильные валютные поступления, а Южной Корее – отличные конкурентные условия для собственного автопрома и электронной промышленности. В боливийском месторождении лития сосредоточена треть мировых коммерческих запасов этого стратегического металла – основного элемента аккумуляторов как мобильных устройств, так и гибридных авто.
Литий довольно редко встречается на нашей планете, и в последние годы за ним началась настоящая охота. Постоянно поступает противоречивая информация об истинных запасах этого металла в том или ином регионе. То его много в Австралии. То в Чили. То поступили сообщения о том, что найдены перспективные месторождения в Мексике. В общем, потребовалось всего одно десятилетие, чтобы вокруг лития сложилась такая же обстановка ажиотажа, мифов и дезинформации, которая до этого сложилась вокруг нефти – за целых 150 лет!
В 2009 году появились сообщения о том, что Китай начал проявлять особое внимание к торговле литием. В начале лета 2010 года в New York Times появился материал о том, что американские геологи обнаружили грандиозные запасы лития в Афганистане. Сотрудники Пентагона назвали эту нищую страну «Саудовской Аравией лития». Кроме лития, там же расположены крупнейшие месторождения меди.
Мир умилялся два десятка лет назад в связи с массовым внедрением ПК в делопроизводство! Журналисты взахлеб писали о сэкономленной бумаге и спасенных деревьях. Однако. Деревья – ресурс возобновляемый, меньше 20 лет, если их выращивать в Бразилии. Редкие полезные ископаемые – совсем другое дело.
Например, для изготовления самых продвинутых сейчас планшетных экранов, созданных по IGZO-технологии, нужно добыть индий, галлий и цинк. Вроде бы их надо мало, особенно галлия и индия. Но они не случайно называются редкими: чтобы их добыть, надо перекопать очень много породы.
Опыт Китая, мирового лидера на рынке редких земель, очень показателен: во Внутренней Монголии образовались новые пустыни, ядовитые пространства, где не может вырасти ничего. Пыль и песок этих пустынь уже заносит в столицу Китая.
В Финляндии, одной из самых экологически чистых стран мира, работает никелево-марганцевый рудник Талвиваара. Несмотря на все усилия, там уже в течение нескольких лет наблюдаются утечки никеля и марганца.
За красивыми презентациями о возобновляемых источниках энергии, которые так приятно разглядывать на новых планшетниках, скрывается мрачная картина деградации природы. Химические удары по атмосфере будут продолжаться.
Атмосфера и океан, куда в конечном счете все и попадает, – одни на всех. Конечно, одни страны столкнутся с проблемами гораздо раньше, чем другие. Однако совершенно точно, что по всем ударит и увеличение мутности атмосферы, и усиление ультрафиолетового потока, которое изменит структуры водных экосистем в Мировом океане.
Крах социалистической системы резко увеличил число участников общества всеобщего потребления. Вопросы экологии сегодня – удел богатых стран Европы, ряда штатов США, Японии, Австралии, кое-кого в Юго-Восточной Азии. В остальном мире по-прежнему царствует принцип «после нас – хоть потоп». На очереди Индия, Бразилия и другие страны третьего мира, которые тоже хотят успеть пожить «красивой жизнью».
Энергетические углеводородные ресурсы будут неизбежно истощаться и дорожать. Развитые страны будут и дальше внедрять новые технологии в этой области, а развивающиеся и бедные страны откатятся назад.
И тогда вполне вероятен сценарий, описанный Уэллсом в «Машине времени», – разделение человечества на элиту (элоев) и обслуживающих их пролетариев (морлоков), причем как внутри одной страны, так и на планете в целом.
Для человека нашего времени логично возлагать надежду на новые технологии – менее требовательные к ресурсам, более экологичные, не требующие хищнического извлечения редких элементов в далеких странах.
Допустим, у вас в сейфе лежит патент на экран, который не нуждается в индии. Но ваши вложения в индиевые рудники окупятся еще не скоро. Конечно, вы попридержите этот патент либо еще долго и неспешно будете вести исследования, чтобы убедиться в целесообразности промышленного переворота. И пока все говорит о том, что рынок еще не насыщен устройствами с уже обкатанными технологиями. Значит, все будет идти своим чередом.
Разумеется, специалисты понимают ущербность такого сценария.
В интересах всей нашей цивилизации вместе с совершенствованием технологий (в том числе природоохранных) было бы финансирование смелых, прорывных идей – программ, направленных на освоение Антарктиды, Мирового океана и даже Луны и Марса. Эти проекты рискованны. Но они способны не только пожирать ресурсы, но и дать взамен новые. И дать человечеству новую цель. Наша кровавая, но прекрасная история показывает: высокие цели могут быть столь же мощным стимулом к изменению мира, сколь и примитивная выгода.
Дайджест »
Технологические пророчества »
Views: 37134 Diplomatic Club